Антон Кротов (АВП) (a_krotov) wrote,
Антон Кротов (АВП)
a_krotov

Categories:

Продолжение Владивосточной жизни


5 августа, среда.

В этот день две местные жительницы, Лена и Люда, вызвались показать нам катакомбы Владивостокской крепости. Тут нет единой крепости, типа Кремля в Москве или в Туле, а есть несколько (более 10) фортов, построенных на горах, окружающих Владивосток. Эти форты имеют разветвлённую многоэтажную сеть катакомб. Построенные в 1880-1900 годах, они потребовали большого количества труда и больших затрат (суммарный объём этих проходов в горах, шахт, коридоров и бункеров сопоставимы с каким-нибудь нестоличным метро). Нам заповедали одеть грязную тёплую одежду, что мы и сделали, к сожалению – потому что в катакомбах оказалось не так страшно холодно и мы все запарились. А нужно было подняться на весьма высокую гору (по городским меркам, а реально около 150 м), там лазить в ходах, потом вылезти в другом месте и перейти на соседнюю вершину, где тоже были ходы. Из всех этих ходов должны были стрелять во врагов защитники Владивостока. Но враги так испугались мощных укреплений, что никогда не напали, и ни одно из этих сооружений не выстрелило ни разу, подобно Царь-пушке. Почти лет сто в этих бункерах сидели солдаты, ну а где-то в 1970-х все сооружения за ненадобностью перестали функционировать, как и на острове Русский (хотя говорят, что какие-то части ещё отчасти действуют).
Итак, полдня мы лазили по этим ходам в сырости и фотографировали казематы. А потом выбрались на свет Божий, спустились с гор и оказались вскоре на конечной остановке автобуса «Варяг». А это уже неподалёку от нашего дома. Спасибо Люде и Лене за интересную экскурсию! С нами, кроме них, ходили ещё два местных жителя, познакомившись с нами на вторничной тусовке АВП.
Последняя треть дня прошла в стирке вещей, испачканных в подземельях крепости. Из-за того, что некоторые помещения были повреждены пожаром, мы и испачкались. Вечером прибыл Алексей Сафронов, человек, изучающий китайский язык, и до этого месяц пребывавший в Китае.

6 августа, четверг.

Утром я подготовил афишки для лекции АВП в музее Арсеньева 19 августа, и поторопился их тут же и размножить. Днём был приготовлен гороховый суп, а позднее мы с Демидом съездили на дешёвый рынок на электричке – приобрели там просроченные конфеты и печенье. Вернулись в Дом АВП также на электричке.
Вечером поздно пятеро нас (я, Демид, Грил, Игорь Лысенков и трамвайный специалист В.Прудников) отправились на ж.д.вокзал, чтобы уехать на самом дешёвом поезде Владивосток – Арсеньев – Новочугуевка. Первые трое ехали до Арсеньева, чтобы посмотреть этот город, а последние двое до Новочугуевки, чтобы проехать до конца эту ж.д.линию. Поезд медленный, дешёвый, с «лежачим» общим вагоном, обошелся до Арсеньева по 240 рублей с носа. И народу ехало в нём немного. Из Арсеньева и Новочугуевки мы планировали добраться до селения Зеркальное Кавалеровского района, неподалёку от которого, на озере Зеркальное, должен был проходить местный фестиваль авторской песни «Сивуч-2009».
Ещё два человека, Роман Устинов и друг его, ехали на фестиваль автостопом из самого Владивостока.

7 августа, пятница. Арсеньев. Автостоп. Фестиваль.

Утром наш поезд прибыл в туманный Арсеньев. Круглосуточный ж.д.вокзал этого города порождает только один поезд в сутки в одну и в другую сторону. Также он является и автовокзалом и имеет глубоко заложенный, словно в бомбоубежище, туалет.
Город Арсеньев назван в честь Владимира Клавдиевича Арсеньева, который жил примерно в 1870-1930 гг и был путешественником и писателем в этой местности. Имя Арсеньева носят, в Приморском крае, различные улицы, библиотеки, музеи, селища – он является тут третьей, после Ленина и Пушкина, известной в топонимике фамилией. Город Арсеньев лишь потому приобрёл своё славное имя, что В.К.Арсеньев проходил здесь около 1900 года и назвал эти места «край дикости и бедности». Однако он же предвидел и возникновение железной дороги в этой местности.
Половину города занимают избушки, вторую половину – пятиэтажки, заросшие травой бывшие парки культуры и стадион с лозунгом «Здоровье человека – наша главная задача!» Памятник самому В.К.Арсеньеву возвышается на окраине города, прямо на трассе, на возвышении, с коего он озирает город. Поозирали его и мы. Быстро, не прошло и семи минут, нас подобрал очень полный человек, который видел меня в телевизоре, а ехал он до самого Зеркального (забирать на турбазе своё семейство). Благодаря ему мы оказались на берегу моря примерно в полдень, на несколько часов опередив своих друзей.
Берег моря, бухта, песок, туман везде, много отдыхающих. Большой въездной плакат перед пляжем: КУПАТЬСЯ КАТЕГОРИЧЕСКИ ЗАПРЕЩЕНО – СПАСАТЕЛЬНОЙ СЛУЖБЫ НЕТ !!! И другой, но уже треугольный знак, по типу дорожных – нарисован ползучий синий человек в галстуке и надпись ОСТОРОЖНО – ПЬЯНЫЕ ЛЮДИ ! Кроме того, вокруг было несколько десятков домиков для отдыхающих, несколько десятков машин, дорогой магазин и море. Мы быстренько искупались в водах Японского моря, стараясь не утонуть (мало кто следовал нашему примеру, из-за туманной погоды), оделись и пошли разыскивать фестиваль. Он оказался не на побережье, а в пяти километрах от него, на другой турбазе, на озере Зеркальное. Туда мы и перебрались.
На въезде на турбазу с нас взяли по десять рублей и выдали инструкции, куда обращаться в случае пожара или других ЧС. Войдя, увидели несколько домиков близ озера и пару десятков машин. Монтёры ставили сцену. Это и было место фестиваля. Поставили палатку, поспали, а тем временем подъехали Грил, Игорь, Владислав и другие мудрецы, достигшие автостопом этого места. Грил, как обычно, активно учредил костёр, и мы поели, что имели. Магазина на турбазе тут не имелось, хотя была не очень дешёвая столовая и ларёк.

8 августа, суббота. Самая восточная торговля научной литературой.

За несколько лет существования фестиваля «Сивуч» ещё никто и никогда не привозил на него такую раскладку книг по автостопу, путешествиям и авторской песне, а также газету «Вольный ветер» и рекламки АВП. Так что день 08\08 можно считать для этого фестиваля особым. Мы с Демидом разложили большой полиэтилен, а на нём – сотню наименований литературы, никогда не виданной в Кавалеровском районе Приморского края.
Особенности этого фестиваля такие: 1) организаторы сами из селения Кавалерово, и посетители, в большинстве своём, именно из этих дальних городков – Дальнегорск, Кавалерово, Арсеньев, редко кто из Фокино, Владивостока или Хабаровска. 2) Почти все приехали на своих машинах, так что на 150 фестивальных гостей было примерно 50-60 автомобилей. 3) Удивительно низкий процент пьяниц! Не было и битых стёкол на траве, да и курильщики не одолевали.
Суббота была весьма солнечной, так что все наши друзья отправились на море, а мы с Демидом распространяли книги. Их приобрели у нас на 2728 рублей. Ассортимент покупок оказался весьма непредсказуем – взяли несколько книг Тютюкина («Целебные стихи», «Самоучитель счастья», «Удача и деньги»), пару книг моего отца В.Г.Кротова («Червячок Игнатий» + «Написать свою книгу»), книги моей мамы («Семейная сокровищница» (новое издание) и три книги со стихами), несколько «ПВП» на русском языке и одна на английском, несколько книг по туризму и авторской песне, одна газета «Вольный ветер», один диск с моими произвндениями и почему-то одна книга В.Динца «Мир без сказок» (непонятно, почему именно эта?) Ещё несколько книг было нами подарено. Таким образом, я произвёл самую восточную в своей жизни торговлю литературой, почти в 10000 км от Москвы.
Кроме нас, был ещё один продавец – Андрей Земсков, владивостокский специалист по авторской песне – он распространял диски (в том числе и свои).
Вечером опять развели костёр (из обрезков досок, которые были обеспечены организаторами), доели остатки наших продзапасов. По счастью, соседи наши по фестивалю, которых я одарил своими книгами, решили и нас одарить – вручили нам три буханки хлеба, сгущёнку, гречку и соевый соус. Это нам пригодилось назавтра.
Что же касается песен, то было три концерта – в пятницу вечером, потом в субботу утром (то был детский концерт авторской песни, а детьми считались все граждане лет до 16-ти) и вечером в субботу взрослый. Самое тягостное был детский концерт. Хуже его был только концерт на день военно-морского флота («Наша армия самя добрая ... наша армия самая смелая ...») Нужно запретить на концертах авторской песни петь чужие, не-авторские песни. Хотя может быть это приведёт к дальнейшему снижению качества и количества песнопений.

9 августа, воскресенье. Автостоп.

Утром, не настало ещё и десяти утра, мы с Демидом уже стояли на трассе, а остальные тоже вослед собирались в путь. У всех были разные намерения – Игорь и Владислав, например, решили изучить север Приморья и спешили в Терней, откуда возможно была глухоманная дорога на северо-восток (мудрецами прежде не изученная). А мы с Демидом поехали во Владивосток новым путём, через Ольгу, Лазо и Партизанск. Этот путь оказался глухим и медленным, но мы об этом пока не знали.
Мимо нас, в пыли грунтовых дорог, проносились десятки машин, полные отдыхающих с разных приморских турбаз. Долго проторчали, даже непривычно. Но и уехали – одна, другая машина, а потом в кузове грузовичка, забитого доверху шинами и запчастями, почти до самой Ольги, километров семьдесят. Тут уже порой беруг в кузова.
Городок Ольга есть почти у каждого из читателей дома на картах СССР, России, на настенных картах и в школьных атласах. А расположен он на востоке Приморья. Оказалось длинное село. С магазинчиками, с Лениным по пояс, стоящим на пустой, заросшей травой между плит центральной площади. Есть и почта (в воскресенье закрытая). Почему-то в Ольге живут очень высокие люди: мы сидели на очень высокой скамейке, подтягивались на очень высоком турнике и также на очень высоких брусьях. Сами же великаны не были видны. Цены тоже великанские – самый дешёвый литр кефира обошёлся в 50 рублей.
Сзади за Ильичом строят огромную церковь – судя по всему, стройка будет продолжаться очень долго. Есть и действующая, в виде маленькой избушки. На момент нашего приезда закрытая. Селению Ольга, мне кажется, больше пристало иметь маленькую избушечную церковь, чем большую понтовую. Обе церкви названы в честь святой Ольги, давшей и название посёлку (в этой бухте, около 1860 г, в день святой Ольги нашёл пристанище от штормов какой-то пароход).
Ещё обнаружился районный Центр занятости населения. На входе надпись:
«Граждане безработные! Свои машины оставляйте на стоянке справа от здания!»
Как и в других местах Приморья, многие в летний выходной проводят время у морских вод. Здесь тоже большинство машин шло, как оказалось, на пляж – небольшую каменно-песчаную полоску в ольгинской бухте недалеко от посёлка. Потом по трассе шёл порт, а дальше – исчезающе мелкие деревни. Поток машин тоже сильно уменьшился. Оказывается, едущие во Владивосток ольгинцы следут не этим, более коротким путём через Лазо, а более длинной дорогой через Кавалерово, по которой мы ехали на фестиваль. А более короткая дорога на Лазо -- наполовину грунтовка.
Пара пьяниц, едущих на рыбалку, потом джип с ящиком продуктов, потом наконец КАМАЗ-лесовоз на сорок километров, и мы в деревне Щербаковка – десяткок домов, закрытый магазин, воскресный вечер, бригада велосипедных туристов на автобусной остановке – ищут продукты в селении. Тут оказалось, что именно в этот день через Щербаковку должен был проехать настоящий автобус в сторону райцентра Лазо и далее до Владивостока. А нам и нужно было добраться хотя бы до Лазо (я полагал, что там начнутся машины, асфальт, еда и другая цивилизация). Автобус должен был пройти уже минут двадцать назад, но его всё не было – видимо, где-то задержался, чтобы мы могли на него поспеть. И тут он появился. Мы забрались внутрь (большой китайский автобус, по размеру аналог Икаруса) и потащились в Лазо. 110 километров по грунтовой дороге ехали четыре с половиной часа.
Около полуночи выгрузились в Лазо. (Автобус шёл дальше в Находку и во Владивосток, но мы полагали, что дальше проедем научным путём). Какая дыра этот Лазо!! Темнота – никакого городского освещения. Редкие фары машин и недовыключенные окна избушек. Несколько магазинчиков с пьяницами, бухлом и обычными продуктами. Тусовки алкашей среди ночного селения, выдающие себя по звукам. Темнотища, как в африканском поселении. Купили от жадности какой-то еды, тут же часть её слопали и пошли на выезд из посёлка, чтобы где-то переночевать.
И, не успели выйти из тёмного безрадостного райцентра, случился самостоп – взял нас грузовичок, ехавший из Милорадово в Находку. Водитель, удивившись нашей рюкзачной сущности в полночь, сам остановился.
-- А я вот и вижу, что вы какие-то необычные, научники – так я говорю. Есть, кто как я, зарабатывает руками, а есть кто головой, как вы; вот таких людей я и называю «научники». Ну что же, изолью душу, ведь я вас больше не увижу!
И водитель, как водится на Дальнем Востоке, поведал нам о своём трудоёмком житье-бытье. Будучи сварщиком высшей категории, он вынужден мотаться из края в край дальнего Востока в поисках денег. Если даже в Находке ему предлагают 50 тыс.р в месяц, прожить на эти деньги оказывается невозможно (по мнению водителя, женатый человек с двумя детьми не может уложиться в такую сумму) и ему приходится мотаться то на Сахалин, то ещё куда, где ему бы платили 100 тыс. А поэтому он находится, подолгу, вахтовым методом, в отрыве от семьи, жены-детей, что ему и не нравится. Правительство Российской Федерации, находящееся в Москве, и стало причиной таких трудностей мужика. (А ведь с нашей точки зрения посмотреть, всё не так и страшно, ведь 50 тыс.руб в месяц = это 1 тыс.руб. советскими деньгами, вроде и жаловаться не на что... Ладно, Приморье дороже Подмосковья, но не настолько же!)
Расстались мы с водителем на окраинах города Партизанск, где улеглись спать среди очень неправильных кустов полыни, в которых обитало сто миллионов крошечных мошек. Они имели размер меньше одного миллиметра и просачивались сквозь стенки палатки, и вскоре вокруг нас в палатке был целый ... если скопление муравьёв называется муравейник, то скопление мошек – мошенник? Может быть.
Не знаю, кусают ли они, но мне казалось это возможным. Поэтому всю палатку мы отравили распылителем – антикомарином. Сделалась пахучая вонь. Но я уже уснул, было позднее время, и мошки меня уже не волновали.

10 августа, понедельник.

Хотя ночевали мы всего в 170 км от Владивостока, и дорога лежала под нами полностью асфальтовая, -- машины не сразу стопились. Только через некоторое время был пойман грузовичок – в кузов которого мы засунули свои рюкзаки. Водитель запер кузов на замочек, и мы помчались. Через два с половиной часа, продравшись чрез пробки (на основном въезде в город почему-то в самый разгар машин ежедневно начинают дорожные работы), грузовичок остановился на нашей остановке «Улица Постышева». Но вот незадача – кузов не открывался. Сперва заело замок, а потом сломался ключик в замке. Пришлось мне, взяв камень, отбивать китайский висячий замочек, чтобы достать наши рюкзаки. Шофёр не сильно расстроился и уже подготовил на замену другой замок, покапитальнее, советский.
В Доме АВП за время нашего отсутствия деградации не произошло. Заселились ещё несколько человек, но их на месте не было – наверное, уплыли на острова. Только г-н Кургин находился дома, так как являлся главным обладателем мобильного интернета, присоединённого к его ноутбуку. С его ноутбука я и отправляю эти вести.
Tags: Владивосток
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment