Антон Кротов (АВП) (a_krotov) wrote,
Антон Кротов (АВП)
a_krotov

Categories:

Размножение в Доме АВП. Озеро Ханка и прочее.


11 августа, вторник.

Утром мы с Демидом поехали в хостел, чтобы залить там в Интернет свои фотографии, и пока заливали, там погас свет. У нас дома хоть и появляется интернет, но скорость его такова, что фотографии заливались бы полдня. А хостел здесь такой – местные жители (плюс одна жительница Иркутска) устроили хостел в большоё съёмной квартире в районе «Эгершельд» (это противоположный нам конец города). Там обитают, за 500 рублей в день, представители буржуазного мира, причём первое место по количеству составляют почему-то французы. Одновременно их может быть от нескольких человек до дюжины. Всего же хостел посетили представители примерно 20 стран. Там же в хостеле обнаружился «пропавший» наш знакомый -- Павел Леонтьев, который приехал из Харбина и «пропал», точней затусовался там. Павел знает многие языки, и последние месяцы провёл в Китае.
По дороге из хостела домой купили два арбузика и поклеили много объявлений. Одно из них было наклеено на вывеску «Адвокат» («отсужу, посажу недорого», -- что-то вроде этого). «Надо быть осторожней с адвокатом, -- посмеялись мы, -- наверное он выкопает какой-нибудь закон от 1937 года, ещё не отменённый: за наклейку объявлений – расстрел на месте!»
Стоило нам вернуться с фестиваля, как начал подкатывать новый народ. Ко всему прочему у нас в этот день должна была пройти очередная тусовка. Основной состав тусующихся представляли мы – жители западной половины России. Плюс несколько местных жителей. Один какой-то странный тип, безработный неудачник, причём не очень умный. Узнав, что я принял ислам, он стал испускать изречения типа: «А не находите ли вы, что и Тору, и Библию, и Коран написали евреи?» Конечно, в отношении двух из трёх упомянутых книг это изречение верно, но странно, что это может служить критерием их верности или ложности. Ему, этому обиженному жизнью гражданину, мнилось, что Россию окружили враги, которые хотят разделить её на несколько частей, что правители всё украли и прочее. Другие гости оказались журналистками, одна – из газеты «Конкурент», уж не знаю что она про нас напишет и какую конкуренцию кому составит. Ещё был говорливый старик, который меня в это утро узнал на улице, а прежде он меня видел в Иркутске и посещал избу АВП. Был ещё хороший парень из Комсомольска-на-Амуре и другие уже известные нам личности.
Роман Устинов рассказал нам про Кубу, это было интересно и многим из нас, и местным жителям. А ещё подкатил к нам Павел Лагуткин, знаток Японии, и ещё один человек, проездом из Индонезии в Москву. И ещё два специалиста по железным дорогам. В эту ночь нас спало в квартире 22 человека – рекорд всего времени существования нашего Дома, и ведь могло быть ещё больше, просто некоторые были в разъездах.

12 августа, среда. Озеро Ханка, поездка туда и обратно. Многолюдье на квартире.

Утром рано мне случилось встать раньше всех, и среди кучи разбросанных тел найти Демида, он спал на кухне. Было почти шесть утра. Мы планировали сегодня съездить на озеро Ханка, это одно из крупнейших озёр РФ, на границе Приморского края и Китая. Оз.Ханка очень мелкое, почему в нём удобно и безопасно купаться – утонуть непросто, и вода тёплая.
Не очень хотелось оставлять дома такую толпу спящих без присмотра, но всё же оставили и в темноте утра пошли на станцию электрички Вторая Речка – успеть на утреннюю электричку на Уссурийск. Заранее обдумав, решили ехать до Уссурийска, а затем автостопом. У нас удобное расположение квартиры – и электричка, и трасса под боком, а если кому нужно – то и автовокзал в десяти минутах ходьбы.
В электричке тётя-контра, поворчав, взяла наши 50 рублей на двоих (спросила куда едем, мы сказали -- в Уссурийск), и мы спокойно спали до конечной, до Уссурийска (125 км). Ещё чуть больше денег (52 рубля на двоих) потребовалось, чтобы выехать из Уссурийска на нужную нам трассу в сторону оз.Ханка. Развилка – за селом Новомихайловка.
Первая же машина остановилась. Водитель, Саша, таксист с золотыми зубами, подобрал нас, поскольку видел меня по телевизору. С ним, весело разговаривая, добрались до поворота на его деревню.
Тут же остановился второй водитель – непонятной национальности, я сперва недоумевал: Корея? Киргизия? Не похоже. Оказалось – из Самарканда. Сели, он удивил нас:
-- А я вас взял, смотрю – вы на бездомных похожи. Только запаха нет. Просто я занимаюсь бездомными, работаю в христианской церкви.
Пока ехали в сторону Ханки, до посёлка Камень-Рыболов, выяснилась целая история. Оказалось, в прежней жизни Олег (так он представился) он занимался наркобизнесом. Лет десять назад перебрался из Узбекистана в Россию, но потом жизнь его переменилась – Бог призвал его, и он, подобно апостолу Павлу, превратился из злодея в миссионера. В его церкви имеется приют для бездомных, по ним он и специализируется. В приюте нужно вести трезвый образ жизни, не курить, не совокупляться, матом не выражаться. Не всем бездомным это нравится, поэтому летом их немного. Ну а суровой дальневосточной зимой бомжи, ради сохранения жизни, готовы идти и на такие условия. Не все бездомные, однако, спешат вернуться к созидательной жизни, а скорей наоборот – меньшинство, менее 10%. Таким редким людям, работники церкви стараются помочь начать новую жизнь. За разговорами о жизни быстро пролетело расстояние до Камень-Рыболова, куда наш водитель и ехал (к другому пастору). Я подарил Олегу «Практику вольных путешествий», а он нам – два «Новых завета». На том и попрощались.
Селение Камень-Рыблолов – небольшой городок, на юго-западном побережье Ханки. Странное название вызвано тем, что там был (говорят) некий большой камень, на который волны озера выбрасывали рыбу. Сам камень уже исчез в далёкие времена, но название осталось.
Озеро мелкое, тёплое, берега песчаные и глинистые. Там и поплавали. Потом, изголодавшись, разъели какой-то магазин. На торцах пятиэтажных домов виднелись надписи: «С праздником, любимый Ханкайский район!» (непонятно, что за праздник, но зато радует универсализм вечной надписи) и даже так: «ПРИХАНКОВЬЕ родное, я – частица твоя!» Странное слово «Приханковье», с другой стороны – ведь есть же Прибайкалье и даже Причерноморье...
На вещевом рыночке продавали китайские ботинки со старых раскладушек, а на овощном – арбузы, второе дороже, чем во Владивостоке (хотя они же растут тут, вероятно и должны быть дешевле...) Автовокзал порождал несколько автобусов в разных направлениях, в том числе два – в Китай, в города Мишань и Цзиси. Решили изучить ещё ж.д.вокзал, посмотреть, что там едит, и при возможности прокатиться на поезде.
Железнодорожная станция интересна тем, что в электронной системе «Экспресс» она обозначена с опечаткой – «Камень-РыбАлов». Вероятно, так будет всегда. Ведь железная дорога очень ретроградна: вокзал города Нижний Новгород до сих пор называется Горький, а вокзал Екатеринбурга – Свердловск. А некоторые станции хранят ещё более давние названия: город переименовали ...десятлет назад, а станцию забыли. Но на вокзале было написано обычно – РыбОлов. Вокзал был большой, кирпичный, но закрытый, поездов не было видно. Потом оказалось – на линии вовсе сдохло пассажирское сообщение. Сама станция была архаического вида, с ручными стрелочными переводами, без светофоров. Там, как и 60 лет назад, ходят стрелочники (в оранжевых куртках) и переводят стрелку вручную. Вероятность быстро уехать отсюда была не очень велика. Но, о чудо, среди путей и ржавых вагонов стоял новый небольшой самоходный вагончик путейских рабочих под названием «Уралочка». Этот вагончик как раз собирался отправляться, в сторону, нужную нам – на Хороль. Взяли и нас.
Ехали со скоростью 50-55 км/час и сильно тряслись, подпрыгивали на каждой рельсе, а перед автопереездами тормозили и гудели. Рабочие поведали, что линия Сибирцево-Хороль-К.Рыболов-Новокачалинск сохраняется как стратегическая, но возят по ней только уголь. (Навстречу прошёл как раз товарняк с десятью вагонами угля.) Демид в первый раз в жизни ехал на такой машинке. Проехав 50 км, рядом с городком Хороль, машинка вновь притормозила на автопереезде, и мы выскочили, желая продолжить путь по авторассе.
После трёх быстрых и удачных автостопов, -- хоролевский автостоп не заладился. Долго мы проторчали и под Хоролем, и на выезде из него, пока Демид не выловил толстого бывшего председателя колхоза, ехавшего под Владивосток. И там уже, вечером, в потоке сотен машин, нас почему-то тоже никто не хотел подбирать, уже совсем недалеко, в двадцати километрах от границы города. Отсчитав 97 машин, и пропустив ещё немало бессчётных, мы наконец отловили пригородный автобус и добрались на нём почти до дома. Путешествие на Ханку произошло.
Пока возвращались домой, нам позвонил на мобильник вчерашний адвокат, на вывеску которого мы наклеили своё объявление, и матерно проклинал меня. Я извинился, сказав, что наклеивание произошло случайно.
Дома оказалось, что обитатели нашего общего жилища продолжают размножаться. Их стало уже бессчётно. В прихожей, среди тридцати пар ботинок и десяти рюзаков, устроилось «интернет-кафе», маленький балкон и его окрестности были завалены медленно сохнущим бельём, обе комнаты были покрыты слоем спальников и пенок (их обладатели надеялись, что с сигналом «отбой» имеющие пенку уже на полу будут иметь больше шансов на достойную ночёвку), в кухне тоже занимали спальные места, а приходяшие и уходящие до трёх-четырёх ночи хлопали наружною дверью, и потом с шести утра продолжили хлопать тоже, чем нервировали соседку по лесничной площадке, неплохую в общем-то тётю. Грил раздобыл новый большой монитор, который, пристроившись к его ноутбуку, стал показывать всем большие наши фоты и видео, появились откуда-то новые тройники, заварочный чайник, а на кухне непрерывно варилась и ещё быстрей съедалась пища, приносимая кем-то – так быстро, что и сам принесший порой не мог понять, куда делись притащенные им продукты. В ванной поселились обмылки и мочалки, полотенца и объекты недостирки, какой-то лысый старичок с гитарой (приехавший из Иркутска, кстати) пел свои и чужие песни, любители железных дорог обсуждали типы подвижного состава, марки трамваев, локомотивов и рельсов, а десятки мух кружились над нами в комнате, порой однако приклеиваясь к клейкой ленте от мух, к которой и мы порой приклеивались тоже. Четыре или пять обладателей ноутбуков сидели за ними в разных концаъ квартиры, показывая друг другу фотографии с БАМа или с Индонезии, откуда они прибыли, в каждом тройнике висела гроздь заряжающихся телефонов, а что об этом думали остальные жильцы девятиэтажного советского дома, нам пока не было понятно. Что же касается моих мыслей, я подумал, что наверное существует предельная концентрация жильцов в квартире, которая определяется, наверное, средним суточным временем пребывания в туалете и в ванной: вероятно при числе гостей свыше ста человек туалет будет занят непрерывно и ванна тоже. Без лишнего смеха – у себя дома на Ленинградском шоссе я уже имею опыт установления дополнительного санузла (миски для естественной надобности с заграждением) на крыше магазина «Рамстор» на летних тусовках, когда народу приходило больше ста человек. Здесь до сотни человек далеко, но и места для запасного туалета на балконе нет. Этой ночью на балконе спал Грил, полностью заполнив объём сего небольшого помещения.
В связи с таким ростом населения с завтрашнего дня, с 13 августа, будет введён строгий порядок сна, с тем чтобы в ночное время суток разговоры, приход и уход граждан, хлопки дверью и шум будут запрещены. Точное время наступления ночи будет объявляться мной, но как правило, это период с полуночи до 6 часов утра. Нарушители тихого часа будут строго наказаны. Приезжать к нам в ночное время (00-06 утра) категорически запрещается!

13 августа, четверг. Бытовая жизнь.

Утром некоторые хорошие люди пошли клеить объявления АВП. Я тоже пошёл. В двух местах меня, увидев клеющим объявления, послали не интеллигентно. Один был сторож на автовокзале, важно называвший себя «Служба безопасности», в другом – сторож подземного перехода, и тоже «Служба безопасности». Новые времена – новые имена! Каждый сторож теперь «Служба безопасности», в самом задрипанном ларьке или будке. Коробейник -- теперь менеджер или торговый агент, или «менеджер по работе с клиентами», а уборщицы – «специалисты клининговой компании», которые производят клининг автобусных остановок от моих объявлений. Клуб проституток называется «Школа гейш» (и рекламируется тут на каждом углу), и так далее.
По счастью, работники «клининга» не так часто клинируют Владивосток, как Москву. Поэтому тысячи диких объявлений высят в целости, рекламируя всё и вся. На остановках, заборах и столбах, на опорах мостов и опорах электропередачи, висят объявы, причём не только на русском языке – есть и на иностранных. Так, рекламируются Vizi, Registracii, Vidi na jitelsvo (за транскрипцию не ручаюсь, но примерно так), а на базаре можно встретить и объявление по-китайски (на остановках таковых пока нет). Добавляю к общему хаосу и свои объявления о мероприятии 19 августа – о лекции АВП.
Сейчас лето, и в курортном краю Приморья в августе никого не сыщешь, все подвижные разъехались в походы, на море, на острова, в Китай-Азию-Европу и ещё куда-то. Хотя нелогично в нашей стране это. У нас понятней, провести зиму на юге, в тёплых странах, а летом вернуться в Россию, где только летом и тепло. Таким образом можно и сэкономить на зимней одежде. Но почему-то мало кто так делает.
Так что посмотрим, кто придёт на нашу встречу. Каждый день – 27-30 градусов тепла, солнце, все пароходы из Владивостока на острова и на курорт Славянку уходят, полные битком. Машины из города выбегают – не протолкнуться. Все из города! Все на море! А ведь потом, с утра, кто-то обратно тащится по этим пыльным пробкам в жарком душном городе – на работу. Как так можно жить? Непонятно.
Сегодня, как ожидается, население Дома АВП возрастёт – приедет Тютюкин, КсюхаЧу, Дима Овчинников. Все они приезжают поздно вечером на одном и том же дешёвом поезде номер 240 Москва-Владивосток. Как они будут выглядеть после недели в летнем поезде, -- посмотрим, посмотрим!
Tags: Владивосток, Дом АВП, Дом Для Всех, Ханка
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments