Антон Кротов (АВП) (a_krotov) wrote,
Антон Кротов (АВП)
a_krotov

Category:

4-10 января. Продолжение зимовки в Архангельске. Северодвинск, Пинега, острова... Тусовка в избе.

Продолжаю подробности о нашей зимовке.
4 января. Северодвинск

Мороз сгустился до -33. Ночью замёрзли в посёлке колонки с водой – и ближайшая к нам, и более дальняя. Набрать воды и искупаться не удалось. Еле наскребли воды на чай.
Мы поехали в Северодвинск на автобусе – около десяти человек. Руслан остался дома, следить за хозяйством. А остальные, все в инее, сели в автобус, едущий в Ягры. А это – остров, северный район Северодвинска, завершающийся в Белом море.
И вот мы на море. Белое море вполне оправдывает своё название. Пляж, раздевалки, всё в инее, в снеге и льдах. Вышли на лёд, он прочный и гладкий. Некоторые прошли по льду около километра. Вдали виден пар – наверное, там, вдали, море имеет промоины. Но идти до воды не следует. Вернулись на набережную. Красное солнце чуть взошло над сизыми, в инее, домами. Мы вернулись на остров Ягры и погрузились в маршрутку -- к центру города ближе.
Северодвинск совсем не такой, как Архангельск. Ведь Архангельск очень разбросанный, старый, много бараков, старых домов, избушек, далёких деревянных кварталов. Архангельску более 400 лет, и он застраивался хаотически. А Северодвинск новый город, ему 70 лет. До недавних пор он был закрытым городом – из-за наших атомных подводных лодок. Строился город по генеральному плану, там дома современные, 4-5-этажные и более высокие. Всё более цивильно. Но довольно холодно.
Во второй половине дня местный человек Дима, северодвинский бизнесмен и радиолюбитель, позвал нас к себе в гости на чай. К нему мы и последовали. Греться, пить чай, а многие стали быстренько у него мыться и пользоваться интернетом. Позвали Диму в гости на тусовку АВП -- 5 января в избе.
Вечером четвёртого января все покинули Северодвинск. Одни поехали сразу в избу, а я и Дима из Зарайска направились на ж.д.вокзал, где и встречали – приезжающего с поезда – Андрюху из Тулы. Андрею 14,5 лет, он самый младший участник архангельского проекта. Бабушка отпустила его, по счастью, на зимние каникулы, которые мы постараемся растянуть: обратного билета Андрею бабушка пока не купила. Вокзальный термометр показывал опять 32 градуса мороза.
Пятнадцать человек ночевало сегодня в Избе АВП. Дедушка, хозяин дома, пока никаких вестей не подавал и беспокойства не проявлял. Вечером местные жители отогрели одну из колонок, и мы сходили за водой – наполнили все ёмкости. Я ополоснулся на улице свежей водой, другие же остереглись это делать. Они отмазались тем, что помылись уже в квартире у Димы в Северодвинске. Другие же ходили мыться на ж.д.вокзал, а я предпочитал пролетарские способы.
Интересно жить в избе природной жизнью. Вдруг потом закончится на планете нефть, газ, солнце. Мы вот думали о том, что будет, если Солнце погаснет или исчезнет. Тогда Земля охладится и будет лететь в пространстве. Но жители холодных стран, привычные к холоду и темноте, протянут дольше, чем тропические жильцы. Ведь северяне привычны к морозу и темноте, и будут жить ещё долго, поджигая дрова и другие горючие вещества, пока юг планеты будет превращаться в замёрзшую окоченелую тундру.

5 января. Опять в зоне. + Тусовка АВП в избе.

Утром я, Руслан, Дима Кондратьев и Андрей из Тулы направились на север острова Бревенник, в уже известную нам зону, в которой уже были двое из нас – а другие двое пока не были. Мороз продолжался, -32, стылый дым невысоко поднимался из труб. Автобус не был обнаружен. Мы пошли пешком, 12 км, и пока добрались до посёлка Конвейер, уже несколько утомились. Потом пошли в зону. Там отодрали разные таблички: «Не курить, не сорить!», «Стой! Запретная зона!», «Курить категорически воспрещается! Взрывоопасно!», «Проход запрещён» и прочие. Из лагерной библиотеки унесли штук двадцать книг, которые всё равно уже никому не нужны – они лежали в библиотечной комнате под снегом, который намело в окна. Среди добытых книг – «Мелиоративные работы в зимних условиях» (пособие для зэков для долбления мёрзлого грунта), биографии из серии ЖЗЛ – «Рабиндранат Тагор» и «Николай Островский», книга «В.И.Ленин. Избранные сочинения, том 1»; пособия по русскому языку и географии за 8-9 класс (для образования заключённых); ещё журналы «Преступление и наказание», и коммунистические книги. Почти все издания оказались списанными (судя по штампам) из обычных библиотек города Архангельска.
Пока разбирали литературу, совсем стало холодно: сбежали из лагеря Руслан и Димка, а тут и Андрюха замёрз. И мы перебрались в магазин – он так и назывался «Магазин ИК№7 ГУИН МЮ РФ» (магазин исправительной колонии №7 главного управления исправления наказаний минюста РФ). В магазине – это единственная торговая точка в посёлке – была тоже отрицательная температура, вода замерзала, продавщица в варежках обслуживала покупателей, кипятка не было, я купил сыр без дыр – он оказался плесневелым, поменяли на другой – и тот заплесневел, несмотря на мороз в магазине – это ж сколько ж он тут лежал? Бананов в магазине не было, опять же из-за мороза.
Переться назад пешком не хотелось, мы стали ждать городского автобуса, который четыре раза в день приходит в этот посёлок Конвейер. Когда он пришёл, в автобусе оказалось холодней, чем в сельпо. Уже не чуя ног под собой, вернулись в избу – отогреваться. Смеялись: когда у нас кончатся дрова, сделаем так: включим в розетку холодильник и будем в нём греться, по очереди.
Тут стали собираться гости, жители Архангельска и не только. Приехала автостопом Джейн Назарова, доисторическая моя знакомая (она посещала наши тусовки ещё в 1993-94-95 гг), с другой женщиной. Эти самоходные дамы приехали автостопом с самой Москвы, причём по дороге у них было -38 градусов. Приехал Семён из Питера, работающий в магазине турснаряжения «Терра» (также автостопом). Пришёл Хольгер (у которого мы останавливались, ища избу в городе) и ещё несколько местных жителей, и всего в избе скопилось более двадцати человек. О чём и не подозревал дедушка, сдававший нам жилище. Целый вечер искал наш дом, по всему острову Бревенник, вчерашний северодвинский Дима-бизнесмен. Он-таки нашёл нас, уже в двенадцатом часу ночи, и остался спать на диване, завёрнут в дедовы тулупы. Также заночевал у нас Хольгер и ещё один товарищ – также мы им подстелили тулупы, в которых, наверное, дед ходил во время ВОВ. Интересно, что за стенкой у нас живут соседи, и они наверняка слышат звуки из нашей половины дома, но никак не проявляют никакого к нам интереса.
Следующая тусовка в Доме состоится 14 января.

6 января. Малые Корелы.

Деревушка Малые Корелы не имеет никакого отношения к Карелии, и вообще называется она КОрелы, а не КАрелы. И в «Вольной энциклопедии» это подчёркнуто неоднократно. И на официяльной карте Архангельска они КОрелы, и на рекламе музея так же. Но на большой табличке – обозначателе музея – написано КАрелы, и такое же правописание на въездной и выездной табличках на трассе. Придётся согласиться с двояким правописанием.
В этом селище, собрано и свезено, с разных концов Архангельской области, кое-что из старинного деревянного зодчества – избы, церкви, сараи, мельницы, колокольни. Всем домам и избам 100-150 лет. Есть две случайно сохранившиеся церкви 1600-х годов. Всё за большим деревянным забором, на входе – билетёры.
От центра города до Малых Ко(а)рел идёт городской автобус. Утром шестого января – мороз, по счастью, ослаб, и -25 градусов показалось нам резким потеплением – мы выдвинулись в Корелы, а Руслан опять остался охранять избу. Прибыли в Корелы. Я предлагал лезть через забор. Но самый благочестивый из нас уверил нас, что лезть зайцем нехорошо, нужно купить билет. В 2001 году было -- пять рублей. Подошли к кассе, билет в рабочие дни 70 рублей, в выходные 110 рублей. Стали уже было покупать, кто и за 110, но тут оказалось, что в эти особо длинные выходные билет ещё дороже, причём вдвое – 220 рублей взрослым (студентам -- скидка). Тут уже и самый благочестивый из нас возмутился: 220 рублей? Какой грабёж народа! Это почти цена египетских пирамид, а тут избы какие-то! И мы потопали по сугробам в обход забора, через который и перелезли и потом ещё долго продирались по высокому снегу до изб.
Первая же изба, в которую мы попали, оказалась жилищем Деда Мороза. Там обитал бутафорский Дед Мороз и Снегурочка и вовлекали в хоровод нас и детей, которые там же оказались (посещало музей немало народу). В другом месте мы прыгали через скакалку и через ведро, в третьем месте были какие-то хороводы, и некоторые сотрудники музея, нарядившись в зверей, смущали и веселили молодёжь – видимо, они-то и входили в дополнительную стоимость. Посмотрели всякие деревянности, сфотографировались на память и часа через полтора потянулись на выход.
В этот же вечер – а в 14.30 тут уже заходит солнце, а в середине декабря в 14.10... – в этот же вечер мы с Андрюхой из Тулы побывали на ж.д.вокзале и купили билеты в Москву на 16-е января. Андрей уедет домой, а я совершу кратковременный выезд в Москву – меня не будет в избе 17, 18, 19 и 20 января. Это будет первый такой Дом АВП, в процессе которого я совершу такой выезд. Охранять избу останется кто-нибудь из товарищей. Но основной поток народу покинет Архангельск в районе 10 января – у тех, кто трудится официально, закончатся выходные.
Позднее вечером, когда мы все уже были в избе, нас посетил местный житель, дядя, по имени Дима. Причина его прихода вот какова. Идя утром на переправу, мы увидели рукописное объявление: «Продам недорого или отдам в хорошие руки книги: 1) Новый завет, 2) Коран, 3) Шримад-Бхаватам». Мы сразу заинтересовались, что за житель Бревенника решил избавиться от таких книг (может быть, он изучал все религии и разочаровался в них?) А Дима Кондратьев позвал мужичка в гости. Тот и пришёл. Оказалось, он вообще жил в Новосибирске, потом в Архангельске, но из-за каких-то юридических неурядиц лишился жилплощади. Десять лет он обитал в храме кришнаитов в Архангельске – сперва в качестве завхоза, а потом в качестве сторожа этого пустующего здания-избы. Потом и кришнаитская изба утратилась (её растащили на дрова местные жители, а другие завладели документами на участок). И он стал обитателем о.Бревенник, куда собрались всякие другие обиженные жизнью люди, а также пенсионеры, и обедневшие элементы. Ещё бы, ведь здесь можно купить жильё даже за 100 тыс.руб. (дед продаёт нашу приличную избу за 300). Дядька интересовался разными религиями; Коран он нам подарил (он оказался издан в иранском городе Кум), а мы ему – литературу по автостопу.

7-8 января. Путешествие в Пинегу.

Вечером, накануне поездки в Пинегу, Антон Веснин устраивал антирекламу этому северному посёлку:
-- Представляете, там нич-ч-чего нет! Делать там нечего! Смотреть нечего! Приедете в Пинегу, и там нет ни-че-го! Добраться туда сложно, туда могут попасть только мудрецы! Только мудрый человек может поехать туда, куда почти ничего не ездит, и потом ещё можно поехать в Мезень, которая тоже интересна только тем, что в ней тоже ничего нет!
Так долго Антон проводил антирекламу (наверное, целый час) -- что сперва Дима из Зарайска раздумал ехать, потом Роман из Ярославля тоже расхотел, а Андрей из Тулы расхотел тоже. Несколько человек уже успели уехать из Дома АВП и из Архангельска вообще – Андрей Андреев, Джейн и другие уже по домам отправились. Да и йоги, которые участвовали в поездке в Онегу, тоже смылись на Вологду и Москву, не выдержав прелестей холодного сортира в нашей избе. Оказывается, холодный туалет не способны вынести даже йоги. Ещё одна парочка – Валентин из Сергиев-Посада и его подруга в валенках – собирались 7 января ехать в Москву, и в Пинегу не ехали. Под конец и сам Антон Веснин, уверовав в свою антирекламу, тоже расхотел ехать в Пинегу! Осталось нас четверо – Игорь Лысенков, я, Дима Кондратьев и Семён из Петербурга. Так вчетвером и отправились.
Руслан, по обыкновению, остался на эти дни охранять избу. Во все дни он сидел или лежал в избе, а причиной тому было то, что в самоходном походе три недели назад он утратил самоходные свойства. Недавний же поход в лагерь (12 км пешком) был для него тягостным, он решил воздержаться от любых походов.
Седьмого января назначен был пригородный поезд с Архангельска до станции Сия, на нём мы и ехали. Сия станция находится в 150 км от Архангельска на восток, на глухой линии, в сторону ж.д.тупичка Карпогоры. Мы вышли из дома в шесть утра. Самые ранние жители уже пёрлись по холодным улицам Бревенника в сторону переправы. Мы тоже. По счастью, стало тепло: -15 мороза. В первом утреннем автобусе, потом -- мы на вокзале, и тут подошёл поезд – из двух плацкартных вагончиков. Он ходит только по выходным дням. И вчетвером доехали до Паленьги, где трасса на Пинегу пересекалась с ж.д.
Первый УАЗик довёз нас до ближайшего селения. Посёлок Белогорский порадовал нас провинциальной сущностью. Двухэтажные деревянные бараки и избы, магазин под названием «Провинция». На одном из домов был лозунг: «Пионеры и школьники! Будьте друзьями леса! Охраняйте природу!» Почему только пионеры? И выцветший, ржавый пионер. Забегая вперёд, в Пинеге был лозунг: «Товарищи! Боритесь за посёлок высокой культуры!» А в Онеге был другой лозунг: «Товарищи! Добросовестный труд – основа нашего благосостояния!» опять эти «товарищи»... Этим лозунгам не меньше двадцати лет, а то и 25-30.
После этого образовался КАМАЗ-бензовоз. Он подобрал одну пару – нас с Игорем Лысенковым, и мы поехали в Пинегу, расположенную в 100 км отсюда. Вслед за нами, через полчаса, уехали и оставшиеся двое. Вдоль дороги были небольшие редкие деревушки, леса, заснеженные ёлки. Около 14 часов мы с Игорем оказались в Пинеге.

Посёлок Пинега, называвшийся раньше Волок Пинежский, основан раньше Москвы, и уже около тысячного года был перевалочным пунктом для новгородских торговцев, отправляющихся на далёкий Северо-Восток. Там перетаскивали суда. Река Пинега, самый большой приток Северной Двины, делает тут изгиб. И рядом, километрах в нескольких, идёт течёт река Кулой, которая течёт на север, в район Мезени. А Пинежский район – самый высокий район Архангельской области, там есть высшая точка области, гора около 150 м над уровнем моря. Итак, новгородские суда, с Пинеги-реки тащили на Кулой, а потом они плыли в Мезень, и дальше потом на Северо-Восток. А в Пинеге были ярмарки, торговля, и обслуживание этого волока, а жило там человек до тысячи – большой городок на Севере.
В 1926 году вместо волока построили канал, крестян раскулачили, других же, напротив, сослали в этот край. Соборы в Пинеге взорвали, монастыри закрыли, провели ж.д.ветку в Карпогоры и туда же перетащили райцентр. Пинега захирела и сохранилась в виде большого старинного села (с населением около 3000 человек). Только два автобуса в день соединяют Пинегу с Архангельском; а вот в другие места Вселенной -- отсюда нет официального транспорта.
В Пинеге сохранилось несколько десятков старинных изб, а также штук двадцать каменных купеческих домов столетней давности. А вот каменное здание Сбербанка, с тремя дымящимися печными трубами – построено в самом начале XIX века, ему уже двести лет. Возможно, это один из самых старых Сбербанков России. Есть ещё несколько школ, одна из которых – в старинном здании, а также ПТУ и несколько котельных. Три главных улицы проходят через всё село; есть, на одной из них, дешёвая столовая, работающая без выходных, с 8 до 22 часов! В этой столовой мы и встретились все вчетвером.
В ходе нашего осмотра Пинеги стало темнеть. Мы направились в местный школьный спортзал, и попросились ночевать. Испуганная сторожиха:
-- Кто это вам разрешил?
-- Вот затем мы к вам и пришли, чтобы вы нам разрешили!
-- Это я не решаю! Звоните директору! – и набрала номер телефона Ольги Владимировны, директора школы.
Та, после долгих переговоров и сомнений, разрешила-таки ночевать нам в спортзале, удивлённая такой нашей просьбой. Мы и остались. Притащили маты, поборолись, погрелись, сделали чай при помощи кипятильника. Заночевали. Наутро позвонила тётя-директор и сказала вахтёрше, чтобы собрала с нас по 60 рублей (почему-то именно столько) за ночёвку. Мы отдали – на поддержание школьного хозяйства.
Наутро – встали в 8 утра – пошли в столовую. Та уж открылась. Гороховый суп за 12 рублей, пюре и другие продукты там присутствовали. Семён и Дима вознамерились двигаться далее в Мезень и потом в Нарьян-Мар, если будет такая возможность. Связи там нет, места глухие после Мезени. Ну думаю что до Мара они не доедут, вернутся обратно в Мезень и в Архангельск. Игорь поехал автостопом в Карпогоры. Я же решил возвращаться в избу АВП, чтобы проверить, как там дела, и чтобы не застрять на ночь по дороге в Карпогоры, которая могла быть глухой. Так и разошлись.
Оказалось, что по трассе Мезень – Пинега – Архангельск ежедневно ездят неофициальные ГАЗели – маршрутки, перевозящие людей и товары. Одна из таких ГАЗелей подобрала и меня. Через несколько часов я уже был в Архангельске и, опять в вечерней тьме, воротился в избу – тут опять наступил вечер. Народу поубавилось – некоторые уехали. Один новый человек приехал, из Ульяновска. Антон Веснин, не посетивший Пинегу, побывал в местной мечети (она занимет комнату в офисном здании в автопарке). Ещё мы засорили печь, она стала испускать дым прямо в избу. После телефонного звонка Хольгеру (печнику) секрет удалось локализовать, и печь опять заработала.

9 января 2010. Острова.

Утром рано всемером мы пошли на острова, находящиеся здесь же – в дельте Северной Двины. На них, судя по карте, разбросаны деревушки. Мы решили посетить три из них – дер.Чекоминка, Хвосты и Залохотье. Благо что рукава Северной Двины замёрзли, и трудностей в пересечении реки не должно быть.
Чекоминка находится вдали от города, на дальнем, низком берегу. Туда шла по льду накатанная колея – её образовали снегоходы, машины, телеги и каракаты местных рыбаков. Но в самой деревне было только два дома и баня. Людей там не было видно, но один дом произвёл впечатление посещаемого. Дверь была не заперта, внутри были печка, стол и нары. В бане ничего не было. Третье строение было заперто.
Мы вдоволь посмеялись: хорошо жить на Бревеннике, а дачу иметь в Чекоминке! Живёшь на Бревеннике, устал от «городского шума» -- поехал на дачу, где вовсе нич-чего нет!
Пошли по льду в другую деревню, Хвосты. Пока шли, навстречу проехала женщина на санях, с лошадью, она везла какие-то мешки. Нас испугалась и на вопросы не отвечала.
На другом острове был десяток изб. Но никаких следов зимней жизни. Вероятно, эти дома используются как дачи. У одной избы рядом стояла избушка в несколько раз меньше, игрушечная: собачья конура. Собаки не было.
Пересекли протоку Северной Двины и оказались в самом крупном селении – Залохотье. Там было несколько десятков домов, нам встретилась одна женщина с детской коляской, один каракат с мужиками, пара обитаемых строений с дымами из трубы и сельский телефон-автомат, по карточкам, установленный и здесь в соответствии с правительственной программой «Всем глухим деревням – по сломанному телефону». На удивление, телефон даже работал, по крайней мере – гудел. Но карточки в селе не продавали, и вообще в Залохотье не было никаких торговых точек.
Мы пошли, проваливаясь в снег, вновь к берегу этого островка, и вскоре выбрались опять на лёд. Один несложный переход – и мы вновь на твёрдой земле острова Бревенник. До нашего дома совсем недалеко.
Всего на карте города Архангельска 12 «жилых» островов (административно относящихся как к самому городу, так и к его ближайшим пригородам). И ещё больше подписанных на карте, но необитаемых островов и островочков. Летом, как я понимаю, между большими островами есть паромное сообщение, а на малонаселённые – частное лодочное. На островах часто нет дорог. И, как мы убедились, на мелких островах нет постоянного населения, магазинов и других благ. Но всё же есть несколько островов «городского типа». Этой зимой их можно будет изучить. А на другие острова можно сходить с палаткой и переночевать в ней, или в рыбачьих избах. Но с дровами не везде хорошо – многие острова низменные, и всё, что там растёт – какие-то кусты, ветки, палки.

Баня.

На нашем острове есть баня, и не одна, а скорее полторы бани. В нашем посёлке «МЛП» (Маймаксанский Лесной Порт) баня находится в стадии реконструкции и не действует. В трёх километрах от нас, в Двадцать Третьем (посёлке 23-го лесозавода) есть действующая баня, два дня в неделю: в субботу для мужиков, в воскресенье – для баб. Стоимость посещения – всем 80 руб., пенсионерам всего 30 руб.
Мы с Димой Кистиным отправились пешком в баню. Надеясь также и постираться. Но постирать нам не дали – бабка, кассирша бани, воспретила стирку. Дима разочаровался в бане, а я воспользовался учреждением. Внутри есть и помывочное отделение, и собственно парной отсек, где можно греться (там около +100) и шлёпаться вениками. Веник можно приобрести в бане или взять тут же в парной б.у.шный.
В фойе бани происходит бурная торговля. Сотрудники бани и местные коммерсантихи впаривают всем пришедшим мыло, газировку, конфеты, мочалки, веники, предметы одежды и быта. Баня используется как клуб и место для выяснения отношений. Запомнился диалог двух пьяных мужиков:
-- На, не хошь докурить-то?
-- Не, Саш, иди ты в баню!
-- Э, а я-то, где, по-твоему нахожусь-то?

Вернувшись домой, достирал вещи уже в кастрюле, в обычных привычных условиях.
Tags: Архангельск, Дом АВП, Дом Для Всех, Северодвинск
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments