April 20th, 2011

Кротов Антон

ПНГ-39. На Северный Берег. Украинский след в Папуасии

Утром в деревне Усино образовалось природное чудо – ребята-папаусы притащили в школу жуков-усачей (так что легко запомнилось название деревни). Это были жуки-усачи, их было двое. Каждый жук-усач был длиной больше, чем указательный палец взрослой руки, и толщиной в полтора пальца. Жуки скрипели своими шеями и шевелили челюстями. Ребята держали жуков за толстые длинные усики. Каждый ус был длиной более 12 см. Дети обещали, что жуки будут также и летать, но как они их ни подкидывали, жуки всё не летали, и только плюхались своими тяжёлыми телами на землю (наверное, им было неприятно). А когда я ходил в туалет, туда прилетела большая летучая штука, то ли оса, то ли муха. Никогда я раньше не видел таких огромных насекомых, хотя и знал, что такие бывают.

В церкви, из которой меня вчера выгнали, никакого богослужения в воскресенье не было. Так что царила там «мерзость запустения», как сказано в Писании. А может быть церковь теперь была мной «осквернена» и все прихожане перебрались в соседнюю церковь – к конкурентам? Ибо сказано в Писании, «се, оставляется вам дом сей пуст».

Покинул обитаемый район Усино и постепенно выбрался-таки на дорогу. Там – на дороге – тоже воскресенье, и машин почти не было. Проехали мимо полицейские – сказали, что едут рядом, на пост. Я на пост не поехал. Тогда они подъехали к лесу и покричали что-то. Из лесу вышел папуас, и ему менты поручили следить за мной и охранять меня! Папуас стал ходить вокруг меня, угощать орешками, сахарным тростником, и помогал стопить машины, которых, однако же, не было.

Потом появился-таки джип и привез меня в Маданг, где я обнаружил уникальное чудо – едальню («кай-кай бар») с рукомойником. Первый рукомойник в общественной едальне во всей Папуасии. В остальном едальня была так себе. В этот же воскресный день я выехал из Маданга автостопом на север – не стал задерживаться в городе.

Дорога шла по красивым прибрежным деревням, вдоль дороги продавались и дарились мне фрукты, все машины стопились, хотя и везли не очень далеко. Последние водители, узнав, что мне нужно на остров Кар-Кар, специально сделали крюк в десять километров – отвезли меня в Мегиар (Megiar, ок.35 км к северу от Маданга), откуда должны были отправляться, по будним дням, лодки на остров. Кар-Кар, остров диаметром 20 км, виднелся в океане, с возвышенной горой, почти 2 км, закрытой наверху облаками, а вдали виднелся ещё остров, меньший.

Мегиар, деревня напротив Кар-Кара, имеет большой католический храм и начальную школу. В школе сидела, несмотря на выходной, главная учительница. Я обратился с идеей вписки. Та же отвела меня в миссию при церкви, так как там, в миссии, работала старая француженка, а белые люди должны, по идее, любить себе подобных.

На этот раз так и оказалось. Пожилая французская дама, седая, в очках, высокого роста, примерно треть своей жизни (25 лет) провела в Папуасии, где христианизировала страну. Она распорядилась открыть специальное здание для гостей, и пока сторож искал ключи и чистил помещение, -- угостила меня вкусным ужином. Спасибо ей за это. Жила она в миссии не одна – ей помогали две монашки-папуасихи, плюс две огромные злые собаки и две кошечки.

Я заночевал в миссии, и всё было хорошо, кроме электричества – из-за какой-то аварии идеи подзарядиться током перед островом у меня не реализовались. Деревня Мегиар была подсоединена к городу проводами, но на несколько дней эти провода сделались бесполезным – как говорят, такое нередко случается. Так что тока в Мегиаре не было, и это был единственный недостаток.

*

Думал, что будет какой-то один большой пароход на Кар-Кар. Оказалось иначе. Каждое утро с острова, с разных деревень его, приходят сюда шесть моторных лодок. Они привозят бетель-нат и другие товары с острова, а также пассажиров. После обеда, примерно в 15.00, лодки отправляются обратно, с грузами, купленными на «материке», и каждый идёт в свою деревню, названий которых у меня на карте нет. Да, и из Маданга ходит большой пароход на этот же остров – тоже ежедневно, но в какую деревню, неясно.

Утром, лодки уже пришли, а у меня было время – я мог выступить перед щкольниками. И в двух разных классах произвёл два урока. На одном уроке учительница принесла мне бумагу и ручку, чтобы я оставил ей свой адрес. Каково же было моё удивление, когда на этой синей шариковой ручке оказалась надпись по-русски «ЯНУКОВИЧ – наш президент! 2010»

Я спросил, знает ли учительница сущность надписи на этой ручке. Она, конечно, не знала. А ручку ей подарили папуасы. Никак не связанные с украинским президентом.

Выходит, предвыборных ручек на Украине напечатали так много... Что излишки решили продать (деньги ж уже выделены). И продать подальше, чтоб концов не найти. Вот и продали – в Папуасию! Или подарили и оформили как гуманитарную помощь, что осталось нерозданное к выборам... Других ручек с Януковичем в Папуасии я пока не встречал. Может кто-то из украинских путешественников был в этих местах и оставил ручку? Признавайтесь!

Школа в Мегиаре была такая же, как в других городах и сёлах ПНГ: дети с утра собирались и пели молитвы, гимн ПНГ и клялись в верности школе; в каждой классе стоял алтарь – «Красный уголок» -- со статуэтками Иисуса и Марии и фотографиями некоторых их сторонников; лежала Библия и цветы; после каждого урока опять вставали и молились строем; выходя к доске, каждый говорил –

-- Гуд монинг, бойз энд гёлз, Год лавз ю!

-- Гуд монинг, (имя), Год лавз ю! – хором отвечали учащиеся.

Что делать в такой ситуации ребёнку-атеисту, мусульманину или индуисту, не совсем понятно. По крайней мере отвергнуть идею христианства в школе так же трудно, как в СССР году в 1970-м снять и выбросить октябрятский значок или пионерский галстук. Но, как и в СССР, среди папуасов попадаются очень даже неглупые дети. Кто-то даже спросил меня:

-- А вот если у вас в России все живут так плотно, миллионы людей в одном городе, тысячи в одном доме, то куда вы деваете мертвецов?

Я объяснил, что некоторых везут закапывать за 20-30 километров от города, а других сжигают, для большей компактности.

...Днём в понедельник, наконец-то, все мужики, кто собирался на Кар-Кар, скопились у пристани, под каким-то соломенным навесом, курили и жевали бетель-нат. Женшины на остров не плыли. Лодки стали постепенно наполняться товарами. Я думал было выбрать, к какой лодке пристать, или устроить аукцион на понижение цены, -- но мой рюкзак уже потащили в одну из моторок – папуасы как-то сами за меня решили, в какую деревню мне нужно. Ну так решили, пусть так и будет, мне-то нет разницы. Проезд на остров платный – 20 кина, путешественникам, по договорённости, 15.
Кротов Антон

Оказия в Индонезию

Кто полетит из Москвы в Индонезию в ближайший месяц (ну до конца апреля)?

У меня в Москве лежит маленькая оказия, 2 килограмма весом, книги, которые нужно передать в Джакарту (переслать). Так что если кто полетит, и имеет время сделать полезное дело -- заберите у моих родителей эту оказию и передайте в Джакарте (Нэнси, или где ещё оставите на вписке, где будете жить), я в конце мая (в 20-х числах) заберу. (Ценности денежной сей груз НЕ представляет, так что если вдруг потеряете или не долетите, то страшного ничего не случится.) Передавшему можно, на ваш вкус, выбрать что-то из моих книг в подарок. Если кто-то собирается лететь, напишите мне ВКонтакте или позвоните моим родителям, телефон тоже известен.
Кротов Антон

ПНГ-40. Остров Кар-Кар и его жители.

Остров Кар-Кар очень удобен для жизни, и всё вообще там очень хорошо. Кроме электричества и Интернета – эти блага до Кар-Кара не добрались, да и мобильная связь работает лишь кое-где. Итак, про остров Кар-Кар.

Это – активный вулкан, который изредка извергается, раз в полста лет, но вершина вулкана (около 1800 м) почти всегда затянута облаками, и что он там делает – пускает ли дымок, или нет, -- это непонятно. Я так и не увидел вершину из-за облачности. Зато вулкан наизвергал за миллион лет столько плодородной почвы, что каждый овощ растёт тут очень быстро, никакого удобрения не нужно. И вот весь остров покрыт съедобной растительностью – какао, кокосы, бананы, хлебофрукт (очень похожий на джек-фрут) и другие овощи-фрукты. Но самые главные две культуры – какао и кокосы.

Какао собирают тут все, подобно тому, как собирали кофе в горах. Растёт какао на небольших деревьях высотой три-четыре метра. И имеет вид здоровенных неровных огурцов. Эти огурцы внутри содержат много (штук 40) кофейных зёрен, которые можно, в принципе, обсасывать – они покрыты вязкой сладкой желеобразной пастой. Размер каждого зерна – больше, чем большая фасолина. Папуасы их не обсасывают, а промывают, прочищают, сушат на решётке, над печкой, в которой огонь (особые большие печки на дровах), зёрна становятся твёрдые и шоколадные, потом их просеивают, суют в мешки и везут сдавать в приёмный пункт.
Collapse )
Местные всё звали в гости, ну и когда я почти полный круг сделал, я пошёл в деревню. Тут уже была очередная местность, откуда ходят лодочки в Мегиар. Остановился я в школе. Тут очень простая школа – сарай, пол из гальки, ни стула, ни стола ни одного. Дети на земле сидят, учитель стоит и у доски вещает по утрам. Мне вынесли откуда-то гнилой стул и старое кресло, хуже чем у нас на помойках – этому креслу было лет полста. Я поселился в школе, а подростки устроили мне экскурсию по деревне, я смотрел местную жизнь, меня угощали бананами, кокосами, овощами, опять же можно было безвредно купаться – песок мелкий, не колючий. Народ вокруг меня собирался и удивлялся.

Ночью ударил ливень огромный, что даже под крышей школы намок частично и рюкзак, и вещи посырились, но я перетащил их в другой угол школы-навеса. А наутро дождь продолжался, и я подумал, что если никто не поплывёт на берег, то буду тоже островитятнином. Я переселился в дом-сарай у причала, и местные подростки с самокрутками интересовались моей жизнью и жалели, что я скоро уплыву. Так и вышло – как дождь уменьшился и стало видно, в тумане и струях, чуть видно в сероте противоположный берег, -- лодочник, (видимо ругая погоду и всё на свете) пошёл искать в деревне топливо, заправился, и поплыл в туман и дождь. Пассажиров было всего лишь пятеро, так что рейс шёл не очень рентабельный, без меня бы, может быть, и не поплыли. Я не стал просить скидку, заплатил ровно 20 кина, как и просили тут все лодочники. Меньше часа пути – и мы опять в заливе Мегиара, откуда я стартовал двое суток назад.
Кротов Антон

ПНГ-40. Священные праздники и «священные» люди -- из Кореи и Польши. Селище Богия.

По всей Папуасии наступают священные дни Пасхи, когда почти ничего не едет – все отмечают Пасху. Сегодня уже среда, 20 апреля 2011 г., завершение всех занятий в школах, завтра четверг – уже выходной. Нужно бы выбраться отсюда, с Мегиара, куда-нибудь подальше, а именно в село Богия. В таком селе, с таким интересным названием (Бог-и-я), не грешно и праздники встречать. А если будет возможность, то и сплавать на ещё один остров – о.Манам.

Остров Манам – самый что ни на есть активный вулкан, который за минувшее столетие извергался примерно тридацать раз. В 2004 году было большое извержение, и все жители числом около десяти тысяч человек очередной раз были поспешно эвакуированы. Правительство обещало им дать землю, но не дало, так как правительство не имеет земли, вся почва тут поделена между кланами и папуасскими народами. Часть народа как-то притулилось на берегу близ Богии, остальные вернулись обратно на огнедышаший остров... В последний раз вулкан извергался на минувшее Рождество. Была подготовлена опять спешная эвакуация, часть эвакуировались – потом вулкан уменьшил своё извержение. Когда же он извергается несильно, то ничего страшного – вот и сейчас какой-то дымок идёт. Или это облачко? Непонятно. С берега не разобрать. Наверх ходить не рекомендуется.

Сейчас, из 10 тысяч человек, 8000 человек живут на берегу, а 2000 на острове, и они (по словам местных) с трудом выкапывают свои огороды с-под толстого слоя вулканического песка. Они живут там, как на вулкане. Ну собственно в прямом смысле – на вулкане. Что-то там сажают, сеют. Так что было бы интересно посмотреть остров Манам. Он меньше Кар-Кара в несколько раз, буквально в десять километров в диаметре, периметр 30 км. Сам вулкан здоровый – почти 2 километра высоты. И всё это рядом с Богией, в двадцати километрах от берега.
Collapse )