Антон Кротов (АВП) (a_krotov) wrote,
Антон Кротов (АВП)
a_krotov

Categories:

Поход за ананасами в горы. Последний день в Карле Марле. О свойствах папа

ПНГ-22. Последний день в Карле-Марле (воскресенье, 3 апреля).

Проснуться от звуков азана – дело редчайшее в Папуасии. Азан (призыв на молитву) тут, понятное дело, не через динамики осуществляется, а устно. Обязанности муэдзина исполнял аккуратно 10-летний парниша по имени Мухаммад. Впрочем, мечеть в КМ не могла похвастаться особенной посещаемостью – даже сторож «Исламского центра», пожилой Иса, большую часть времени спал, завернувшись в одеяла, в специальной комнате.

Утром другой собрат, по имени Юнус, (брат Исы Тине, которого я уже заочно упоминал), умный и англоговорвящий дядька 32-х лет, вызвался мне показать очередные достопримечательности. Соблазнив меня тем, что на вершине во-он той горы у него имеется плантация ананасов. Почему именно на вершине сделали огород, я не знаю. Но всё же пошли. С нами отправился 12-летний Халид, парень очень большого размера, и какой-то пожилой дядька – все втроём они меня стали сопровождать.

Ананасы действительно росли ровными грядками почти на самой вершине горы. Некий старик уже с утра за ними как-то ухаживал. Ананасы были в разных стадиях – от нулевой до готовой. Большой ананас мы взяли с собой. Но ананасы были только предлогом для большого похода. От ананасовой горы мы пошли на другие горы, откуда Юнус показывал мне местные достопримечательности, дорожки и тропинки. Папауасы, которые собираются в столицу на заработки, тоже идут в Порт-Морсби пешком, что занимает 10-14 дней. На удивление, столица Папауасии пока не соединена дорогами ни с одной из 19-и провинций ПНГ! Народ с гор приходит пешком в Порт-Морсби (находящийся, понятное дело, на уровне моря) и там и остаётся, идти-то назад (наверх) никому не хочется. Поэтому и многие карла-марцы уже ушли на заработки в Порт-Морсби или Лаэ и не вернулись. У большинства трудоустройщиков нет никакого опыта делания чего-либо, нет и документов, так что они пополняют прослойку портморсбийского пролетариата.

Но это скоро должно измениться. Именно здесь, в провинции Симбу, сейчас ковыряют дорогу, которая в будущем соединит Порт-Морсби с Нагорьями. Таким образом, из Кундинавы пройдёт дорога на юг, через горы, к южному побережью, появятся машины (в ближайших окрестностях Карлы-Марлы), автобусы, грузовики. Не знаю, как скоро это произойдёт, но наверное в ближайшие пять лет дорогу докуда-то доведут, и КМ из горного тупичка станет почти транзитной деревней (новая дорога ковыряется в нескольких километрах от КМ).

Итак, мы поднимались в одни горы, потом спускались, потом опять поднимались. Склоны гор были покрыты домиками, редкими домиками. Иногда они сгущались в подобие деревушек. Дома были соломенными, с деревянным каркасом. Дома запирались на замочки, висячие, хотя непонятно, что внутри можно было украсть. Внутри домов было темно и дымно, закопчено всё изнутри, дымохода ни у кого нет. В солнечную погоду деревенские люди, числом по двадцать-тридцать человек, собирались на дорожках (лишённых автомобильного движения), на ровных поверхностях и площадках, и занимались своими занятиями: одни играли в замусоленные карты, другие – опять же на меткость кидали дротики, а когда не было настоящей доски для метания, рисовали цели на глинистой земле. Некоторые люди, приходя в эти места проведения «культурного досуга», пытались продавать сигареты-самокрутки из газеты, бананы и булочки по 20 пап.коп.

-- Мы, папуасы – привыкли к такой жизни, -- объяснял мне Юсуф. – Всё, что нужно нам для жизни, нам достаётся бесплатно. Вода из речек, чистая, фрукты поливать не надо – посадил, они тоже сами растут, только собирай. Сладкий картофель, тоже, небольшого требует ухода. Поэтому что-то делать большинству народу не хочется – ведь для простой жизни ничего не нужно. Если нужны деньги, то можно собрать кофе или фрукты и отнести на продажу в город. Но обычно мы обходимся без них. Так что всё у нас бесплатно, в деревне, -- не то что в городе или других странах. Я знаю, что во многих странах и за воду приходится платить. У нас нет такого. Поэтому народ у нас такой ленивый.

Действительно, как я заметил и раньше, в индонезийской половине Папуа, -- местные жители не склонны к серьёзному бизнесу или к организации чего-либо. Активистов – единицы. Поэтому белые люди и китайцы тут, и индонезийцы на западном Папуа, захватили все бизнесы – и скупку папуасского сырья, и продажу всяких цивилизованных вещей, на которые мало-помалу папуасы подсаживаются.

В каждой деревне и вообще при виде всех людских сборищ Юсуф здоровался, объяснял мою сущность, демонстрировал меня, повыщал свой статус среди аборигенов. Там, где сборища были большими и попадались интересующиеся, -- мне приходилось выступать с речами, объяснять свою сущность. Некоторые жители оказывались мусульманами, но не посещали мечеть из-за дальности. Другие же были христианами (таковых было большинство). Две церкви было обнаружено в этих горах – католическая и адвентистская. Я фотографировал граждан, и их жилища. Те были очень счастливы, -- ибо Юсуф объяснял, что я писатель и теперь их изображения навсегда останутся в истории человечества.

-- Ты мой брат, -- сообщил мне Юсуф, -- и мой дом – твой дом, так что приезжай когда захочешь и оставайся жить у меня! Можешь жить сколько угодно, а можем пойти в такие-то и такие-то места, которые я показал тебе с вершин гор. Я буду очень рад тебя видеть ещё раз! Так можешь и передать всем своим родным в России, что у тебя есть теперь брат на Новой Гвинее!

Вот и сообщаю это всем. Жаль только, что брат не электрифицирован. Я заверил его, что когда-нибудь ещё, может быть через пять лет или немногим более, я появлюсь на Новой Гвинее и посещу их удалённую деревушку Карла-Марла и его дом. Я надеюсь, что электрификация произойдёт (у меня шкурный интерес, я ж теперь электрозависимый путешественник), а дорогу на юг построят, из из КМ можно будет попасть на машине в Порт-Морсби или вообще хоть куда-нибудь на южное побережье, чтоб две недели горами не тащиться. А из Порт-Морсби можно улететь, например, на Фиджи. Ну это – в следующий раз.

Сделав такой «круг почёта» по горам, протяжённостью шесть ходовых часов, -- мы вернулись в Карлу-Марлу, и вовремя – очередной дождик начинался. Посреди деревни, в грязи, буксовал всепогодный джип с надписью «Скорая помощь. Кандинавский госпиталь». Судя по всему, госпиталь помогал сам себе – джип был полон каких-то овощей и папуасов, совсем не больных на вид. Видимо, в воскресенье дотора используют служебный транспорт для скупки в горах с.х.продукции.

Тут, как пришли, -- вовремя: в соседней хижине уже готовился праздничный обед на 11 человек, по случаю моего скорого отъезда. Почти все ингрединеты были приобретены мной, а папуасы тоже приложили – укокошили курицу. Как я уже писал, куры у них тоже обитают в домах, а нередко ещё и свиньи. Всем достались очень большие порции, и тем не менее всё было съедено без остатка.

Последнюю ночь я напоследок провёл в «Исламском центре» Карлы-Марлы. Вечером сделал ещё одно полезное дело, которое давно никто не делал там – связанное с очисткой и уборкой. Папуасы тут хоть и мусульмане, но всё ж остаются папуасами – уборка помещения их мало интересует...И опять же заночевал, под шум дождя.

Интересующий меня Иса Тине, который должен был приехать в воскресенье, не успел добраться до КМ, потому что в Маунт Хагене его задержали неотложные дела. Так что я имел возможность перехватить его в Кундинаве или Хагене.

Таким образом, я провёл в Карле-Марле почти четверо суток – четыре ночи и 3,5 дня. Наконец настало время покидать гостеприимное селение. В семь утра в понедельник я вышел в туманный свой путь – облака висели и там и здесь, то посреди гор, то на вершинах их, и на этот раз меня уже не провожали – никто из папуасов не прикрепился. Ведь мы знаем, что папуасы прикрепляются к незнакомым и чужестранным гостям, чтобы беречь и охранять их. Но теперь, после того, как за четыре дня я обошёл (с сопровождением) все окрестности и перезнакомился с сотнями людей, -- теперь я уже считался своим, и охранять и сопровождать меня – не было надобности.

По грязной тракторной дороге, с колеями от вчерашней «Скорой помощи» (проехала-таки), щлёпали босиком папуасы – несли в город, на сбыт, мешки с кофе. И я тоже пошлёпал в город, на этот раз в ботинках. Дети и взрослые с разных гор видели меня идущего и махали мне вслед:

-- Антон! Антон! Гуд бай!

И я тоже махал вслед им, вспоминая некоторых из них, а многих и не вспоминая, и постепенно, всего за один час, спустился к главной дороге. На главной дороге мне подарили несколько бананов такого же большого размера, какие я покупал два дня назад. Местные, помня, что я тогда купил бананов аж на 10 кин, до сих пор вспоминали и рассказывали друг другу про этот поразительный случай. И наконец, один из грузовичков, ехавший в город – к нему прицепилось уже с полсотни человек – остановился мне, и я прицепился к кузову сзади, и в таком положении поехал всё дальше, дальше, покидая Карлу-Марлу и все её окрестности – надеюсь, что не навсегда.


ПНГ-23. Папуасский организм и его особенности.

Хоть я вовсе и не Маклай и провёл среди папуасов значительно меньшее время, -- позволю себе сделать некоторые наблюдения, связванные с папуасскими организмами.

Как уже неоднократно я замечал, папуасы очень мало и редко едят. Утром они часто вовсе не едят, или лопают сладкий картофель. Днём они тоже обычно не едят. Как правило, едят они только вечером. Основная еда в горах – сладкий картофель, и только прибрежные, городские или богатые папуасы имеют разнообразную пишу, включающую рис, рыбу и др.

Так вот. Все папуасы с детства быстро растут. Здесь уже в 13 лет люди обоего пола могут быть такими же большими, как и взрослые, а 15-летние – уже полностью взрослого размера. А размер ноги может быть как у меня, 44, уже в 12 лет – они босиком ходят, обувь их не стесняет, а ноги самая важная часть, чтоб по горам карабкаться.

Примерно в 16 лет горные папуасы перестают расти и больше не увеличиваются. Некоторые с годами только подсыхают. Сохраняя хорошие ходовые свойства и физическую силу, они ковыряются в огородах, тусуются и живут своей жизнью примерно до 50-ти лет. Возраста своего они, как правило, не знают. Дети и подростки чаще знают, сколько им лет, а взрослые – особенно кому за 40 – не в курсе. Поэтому высказывают самые разные предположения. Так, в одной семье старший сын 18-ти лет, а отцу «много, 60 или 70», как они говорят, отец – седобородый дядька, наверное 45-ти лет, сам же своего возраста не знает. Но когда спросишь – кто старше, этот или тот? – может оказаться, что старше другой, которого только что все собравшиеся экспертно оценили в 50. Иногда и подростки не знают своего возраста, особенно кто как-то ускользнул от школы.

Итак. Горные папуасы, что на восточной половине острова, что на западной, растут лет до 16-17, а потом перестают. Но стоит только папуаса перетащить, в молодости, в город, или на побережье, или в другое место с бесконечным количеством еды, как он продолжает увеличиваться бесконечно! Наглядней всего это видно в Джайпуре, столице индонезийской половины Папуасии. Огромные папуасихи на базаре – тётки 90-100 и более килограммов (на вид) – следствие изобилия и дешевизны разнообразной пиши. В Джайпуре же есть все виды блюд. Мужики могут вырасти до 100 килограммов, а часто и больше. Так, например, золотодобытчик, у которого я ночевал в доме под Ванимо, -- был самым толстым человеком в деревне. В нём было примерно 120 килограммов, дом под ним («на ножках») шатался от его шагов. Это всё потому, что золотодобытчик богат и может не ограничивать себя в еде.

Деревенские же люди в горах, и женщины, и мужчины, ограничены обычно в весе 50-ю килограммами. Редко больше. Не нагуляешь жира на бататах, бананах, ананасах и прочей зелени. Что в индонезийской, что в независимой части острова – всюду они тощие, 50 кило. А вот как только в город въедешь – так и до ста. Иногда тут такие качки встречаются, что могут одной рукой мне голову открутить, -- мужики под 120, и не жирные – очень просто крупные и сильные. Вот таково оно, влияние разнообразной пиши.

Ступни ног у них более широкие, чем у круглогодично обутого российского человека. И ступня расширяется в том месте, где пальцы, а не сужается – всё оттого, что много ходят босиком. Тут вообще много босых даже в городе, никого это не смущает, ну нет обуви и нет, подумаешь. Битое стекло не очень распространено. Попадается, но редко, а в деревнях не попадается – каждая ёмкость на счету, бить – себе дороже.

Детей у папуасов не очень много, обычно в пределах пяти штук. Стариков же мало. В индонезийской половине, в глубинке 40 лет – великая старость, только ж трудно догадаться, что старушке – около сорока. В этой части, мне кажется, некоторым старушкам около 45-50-ти лет, но это можно определить только предположительно, если дети тоже есть рядом, по ним можно определить: нет уже детей мелких, значит уже старушка. Бабули ведут активный образ жизни, топают куда-то по горам, тащат какие-то овощи, мешки, и все норовят срезать углы дороги через горы.

Дикие люди практически изчезли в Папуа-Новой-Гвинее. Всё то, что любят фотографировать приезжие денежные туристы – «грязевые люди» и прочее – всё то не более чем карнавал, проходящий раз в году в какой-либо местности, куда за деньги привозят белых. Никто из встреченных мной папуасов не ходил голым, все одетые в европейский секонд-хэнд. По слухам от местных, есть и в ПНГ ещё некоторые дикие люди, охотники, но их очень мало, и попасть к ним тяжело – нужно несколько дней идти пешком, да и они скорее всего испугаются белого человека и убегут в лес. Потому и дикие, что не контачат с белым человеком. Все, кто доверились белому человеку, уже крестились и оделись.

Из примет национальных – редко, но можно увидеть татуировки на лице (особенно у пожилых). Дети иногда бродят с расписными лицами, чем-то покрасились, грязью то ли краской. Но никаких «накладных пипок» и других настоящих прибамбасов у них нет – Восточная Папуасия гораздо более идеологически «западная», чем Западная Папуасия.

Таковы внешние свойства папуасов, что удалось пока что подметить. А из внутренних, все уже заметили, что папуасы очень добрые люди! Ну просто добрые, и всё тут.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments