Антон Кротов (АВП) (a_krotov) wrote,
Антон Кротов (АВП)
a_krotov

Category:

Африка-16. Кигали (завершение), выезд из столицы и вписка на озере Киву.

Мы переночевали в Кигали уже описанным ранее способом «три в одном» (три человека в одноместном номере гостиницы, весьма просторном), но были не очень довольны. Во-первых, не было постоянно текущей воды (её принёс служитель в больших канистрах); вырубалось электричество (во всём районе), вечером шёл ливень (гостиница не виновата), а в три часа утра под окнами возник шум-гам, столпотворение: жители руандийской провинции свезли на оптовый базар фуры с картошкой, капустой и бананами, а сотни людей пришли ни свет ни заря это покупать, и с трёх утра шум стоял очень громкий, Демид даже вставил в уши затычки. Мы и думать не могли, что субботний базар начнётся прямо у нас под окнами и в такую рань.

В Кигали у нас была ещё одна цель – посмотреть музей геноцида. Тут, в 1994 году, в стране площадью порядка Московской области, успели быстренько вырезать целый миллион человек (из восьми млн.имеющихся). Этот несчастливый миллион относился к народности «тутси». Историю геноцида в Руанне и последующие за ним события и смену власти, вы можете изучить в Интернете. Скажу только, что спустя некоторое время на произошедшее событие обратили внимание богатые страны Запада («Руанда? Это там, где геноцид был?»), в страну стало поступать много денег (по руандийским меркам), а на окраине столицы открыли музей этого самого геноцида. Там же рядом похоронена часть пострадавших от него – 250.000 человек.

Итак. Мы пошли искать этот музей (шёл, кстати, небольшой дождик), и поехали в него на автобусе – руандийская столица имеет свою автобусную сеть, даже с номерами маршрутов (проезд 200 франков = 10 рублей, но билетов не выдают). Сам музей бесплатный, состоит в основном из фотографий и подписей – объясняет предысторию геноцида, его процесс и его последствия. Вкратце так: в Руанде много народностей; больше всех – хуту, а тутси – вторые по численности. Постепенно хуту захватили всю власть и обвинили во всех бедах тутси. Часть тутси сбежали из страны и вступили в армию повстанцев, которые хотели свергнуть действующее тогда правительство Руанды. В один апрельский день 1994 года два президента, руандийский и бурундийский, при приземлении в аэропорту Кигали, скончались (самолёт погиб). Во всём виноваты оказались тутси, и с помощью радио, пропаганды и СМИ (уже начатой заранее) произошло массовое истребление всех тутси, которые попались под руку, за пару недель, много сотен тысяч человек (до миллиона). Тут мировое сообшество спохватилось, повстанцы активизировались и сменили правительство, а убитых похоронили. Отдельные залы отведены: а) детям, б) фотографиям убитых (эти фотографии приносят выжившие родственники), в) другим случаям геноцида в мире в ХХ веке (армяне, евреи, боснийские мусульмане, и другие народности). Местные жители почти не посещают мемориал, основные гости – иностранцы. Да и кому из местных посещать: многие хуту сами и убивали своих соседей; а тутси погибли, так и посещать некому, вот одни иностранцы и ходят-то. Подробную историю геноцида прочтёте в Интернете сами, я так написал вкратце, как понял из музейных экспозиций (она на трёх языках – на руандийском, французском и английском).

…Пока изучали геноцид, тут дождь и закончился. Настало время извлекаться из города. Мы пошли на автостанцию, чтобы несколько отклеиться от столицы на маршрутке. И надо же, автостанция вновь подтвердила свои цивильные свойства: нам в офисе пропечатали билеты, в нужное время подъехал небольшой автобус и забрал и увёз всех пассажиров, включая нас, в нужном направлении, вовремя, что для соседних стран Африки совершенно не свойственно. Африканскую сущность выдавали лишь многочисленные продавцы, что обступили автобус перед отправлением, впаривая нам всяческие товары, начиная от фруктов, кексов и газировок, и кончая футбольными мячами, журналами «Экономист» на английском языке (просроченные на три месяца), футболками и игрушками.

Мы доехали до селища Гитарам, который как раз перед нашим приездом переименовали, зачем-то, в городок Муханга. Вся страна имела вид необычный. Во-первых, было распахано и засеяно всё, ну 90% территории окрестностей, видных из окна, культивировался. Во-вторых, необычно приятный вид деревень, ну – прямо «зелёная жизнь» в мечтах многих «экологически настроенных» граждан. Одноэтажные домики, черепичные крыши, банановые поля, мало мусора и не видно бомжей. Даже мотоциклисты-таксисты в сёлах имели запасной шлем для ездока и форменную куртку с номером. Дорога же делала сто поворотов на пятьдесят километров, или даже больше, извиваясь, поднималась и спускалась. Был хороший асфальт. Иногда проезжали свадьбы – как и у нас, с несколькими машинами, разукрашенные, с видеокамерным человеком, который снимал свадебный кортеж. Видимо, суббота – женильный день. Прохладно: высота составляла 1500 метров над уровнем моря, перевалы дорог – до 2150.

В Муханге, которая Гитарам, мы вылезли из автобуса и пошли пешком, проверяя сельские угощения. Тут, в провинции, цены уже стали нормальными – чай стоил одну монету в 100 руандийских франков (5 рублей), кексы продавались по той же цене, бананы – дешевле. В одном селе обнаружилась уютная мечеть с большим минаретом. Дети, бродящие вслед за нами, пытались наладить контакт, словами по-английски «доброе утро», «привет» и «дай денег!» Видимо, в школе уже внедряют, помимо французского языка, и английский.

Некоторый джип с кузовом провёз нас на недалёкое расстояние, а тут и машины кончились – то ли суббота виновата, то ли трасса. Мы сели на рюкзаки на оборудованной обочине, в окружении детей, и принялись ожидать – местные недоумевали, почему мы не стопим автобусы. Но вот через некоторое время выехал джип и остановился, -- о удивление, это был белый мистер в возрасте около 55 лет, ехавший со своей местной подругой. Как выяснилось, мистера звали Энди, и был он немцем, работающим уже почти 30 лет в Африке в области дорожного строительства, а ехал он на выходные в своё поместье, находящееся на озере Киву. Мы обрадовались, ибо туда же и направлялись. На другом сиденье у «мистера» сидела тёмная молодая женщина — его местная руандийская жена.

-- Русские? Как интересно! Последний раз я подобрал автостопщиков около года тому назад. И это тоже были русские. Я их привёз к себе в поместье; они прожили там несколько дней. Парень работал в России, в фирме «ИКЕА», а девушка – где-то на радио. Да, да! Неужели и вы их знаете, и не по интернету, а лично? Вот тесен мир!

[Как выявилось из разговора, он подвозил Митю Ф fymy и Машу masha_veselova, совершавших путешествие по Восточной Африке, включая Южный Судан.]

Водитель рассказал нам о своей жизни примерно следующее. Приведено в переводе и в 90%-м сокращении, структурировано по темам.

-- Впервые я приехал в Африку почти тридцать лет назад, в восточное Конго-Заир. Вот то было интересное время! Нас забросили на самолёте в середину джунглей, строить дорогу. В лесу была лишь небольшая взлётно-посадочная полоса, и ничего не было больше. Мы жили в контейнерах. На запад была лишь какая-то дорога, на восток не было вовсе. Семь лет я прожил в Заире и влюбился в эту страну. Люди там очень хорошие, добрые, хотя и бедные. Теперь там есть участок хорошей дороги в сотню миль, с чудесными мостами, который, правда, никому не нужен: на западе (Lubutu) он переходит в плохую дорогу на Кисангани, на восток – Валикале (Walikale) и вообще нет дороги. А тогда, помнится, мы ездили в Кисангани заправиться пивом; дорога – пять часов в одну сторону, и обратно – на следующий день. А топливо привозили на баржах по реке. Я был молодой, 27 лет, романтика!..

То были времена президента Мобуту. При нём был в стране порядок. Да, он воровал, он был сказочно богат, у него были замки в Европе, в Швейцарии, где-то ещё, но в стране было можно жить и работать. Но вот настал 1991 год, и всё развалилось. Я успел уехать за два месяца до начала гражданской войны – наша компания свернула работы. Теперь Конго-Заир – страна-катастрофа. Там пятьдесят группировок повстанцев, разобщённые, прячутся в лесах. Есть одна группировка, более сильная, другие разрознены, но у многих есть свои золотые или алмазные шахты, деньги, оружие… Всё прогнило, солдаты и полицейские не получают зарплаты, и если видят иностранца, тут же доят его на деньги, как корову. Теперь, стоит только перейти границу, тут же начнут у тебя отбирать паспорт, и чтобы его вернуть, придётся отдать 100, 200 долларов – ну, они попытаются. А Киншаса – это ад. Стоит только приземлиться, начнут тянуть деньги, не выходя с аэропорта. Один шанс, если вас встречает кто-то из местных начальников, иначе – отберут всё.

И мы там вовсе перестали строить дороги, они зарастают Там теперь только китайцы остались, они посылают строить дороги в Заире своих заключённых. Им даётся выбор – сидеть у себя в Китае или строить дороги в Заире. Выбор, скажу, так себе… С китайцев-рабочих даже конголезские менты не могут ничего содрать, нет у них ничего. Вроде как построили они дорогу с Гомы до Кисангани, даже автобус есть.

Так сильно устал от Заира, но компания мне дала денег: отдыхай, пока хочешь! И я поехал на Пхукет, прожил там один год, у меня появилась тайская жена. Стал там дайв-мастером, даже пробовал работать, но выходило так: заработаешь сто долларов, а потратишь тут же тысячу. Целый год я жил на Пхукете, потом и ребёнок у меня завёлся от этой, тайской жены. Он сейчас живёт в Германии, устроился там хорошо, я с ним переписываюсь через Фейсбук, а больше ни для чего фейсбук не держу – я не любитель социальных сетей.

После этого, я поехал в Нигерию и жил там ещё семь лет. Нигерия – сказочно богатая страна, всё есть – и нефть, и люди, и минералы. Могли бы жить в достатке и спокойно. Но и тут коррупция невероятная – и они даже не скрывают этого, все чиновники только: дай мне! Разбогатей не завтра – а сегодня: такой принцип. Такие у них финансовые возможности в стране, и так бездарно распоряжаются. Я жил в столице, в Абудже, которая тогда была совсем маленьким городком, и работал на ту же дорожную фирму. Конечно, если ты работаешь на фирму, то к тебе не будет денежных претензий, взятки не попросят у тебя, будут охранять, всё будет в шоколаде. А Лагос – это город-мечта, там так интересно, такая бурная ночная жизнь! Но и опасен, конечно. Никогда не останавливайся, когда едешь на машине – у них мастера грабежа. Прошло несколько лет, и меня тоже чуть не убили – я ехал на машине, остановился, в неё ворвались грабители, приставили мне два пистолета, и… В общем, мы долго ехали с ними, потом они уже, выставив меня из машины, собирались убить меня, но не убили – передумали. Такая вот страна.

Потом я работал в Кении, и Кения – как рай после Заира, после Нигерии тоже; из окна у меня был виден Килиманджаро, хотя и тут были грабители, сомалийского вида, однажды напали в день выдачи зарплаты, стреляли, но к счастью не убили никого. Работал и в Танзании, в Уганде, в других странах, всё в той же фирме. Приглашали в Южный Судан, но я что-то не поехал.

Южный Судан – вредная страна, я вам скажу. Сам я не отправился туда работать, у меня коллега там был, он ездил на грузовике, возил оборудование из Уганды. И вот однажды на обратном пути задавил он цыплёнка. Ну, и проехал мимо. А владелец заметил, и на границу об этом сообщил. И вот, верьте-не верьте, задержали его на границе – плати за цыплёнка! А сколько? Оказалось, стали считать – подсчитали они так: каждый день эта курица должна бы снести одно яйцо, столько-то лет, и из каждого яйца выросла бы новая курица, которая столько-то стоит. В результате, десять тысяч долларов с него потребовали – иначе не пропустили бы грузовик. Хочешь, не хочешь, пришлось платить $10000 – такие у них, в Южном Судане, порядки. Полицейские, пограничники, чиновники, в Африке почти везде одно бедствие.

А восемь лет назад я переехал в Руанду. Тут всё по-другому, совсем рай, и климат прохладный, и малярии нет, и в стране, на удивление, порядок (по африканским стандартам).

Наверное, всё потому, что тут был очень сильный президент. Тут, в Африке, очень многое значит – руководство. Он и сам не воровал, и другим не давал. За годы, что он был при власти – ну примерно двадцать лет, после геноцида – страну сделали вот такой. Да, дороги тут строятся, хотя и на займы, на европейские деньги, но ведь строятся же. Или на китайские деньги, китайцами же: они предлагают ниже расценки, строят примерно на 20% дешевле, и всё для того, чтобы нас вытеснить с рынка. Но потом чинить эти дороги приходится, так что в целом, сквозь годы, выходит наверное и дороже, но зато люди заняты… Да, тут в Руанде не берут взяток. Конечно, в небольших дозах коррупция есть и тут, и в Германии, и везде в мире, но вообще – не пытайтесь дать что-нибудь полицейскому в Руанде, вас посадят, а его наградят, что доложил о взятке. Да, Кигали сделали с нуля деловой центр – там ничего не было восемь лет назад, а теперь всё есть, что необходимо. И английский язык сейчас сделали вторым государственным, теперь в школе учат его, и всячески интегрируются с другими англоговоящими странами. Нужно ещё им время сделать таким же, как в Уганде и Кении (пока Руанда – в ином часовом поясе); Руанда ж член восточно-африканского сообщества, вот и стараются всё унифицировать. А документы тут и разрешения просто можно изготовить, даже по Интернету. А на экспорт у них, да, ничего нет, только чай и кофе. Ну и ещё источник валюты – туризм и гориллы в национальном парке, а если бы не приносили они дохода, то спилили бы там все деревья и засеяли огород. А вопросы хуту-тутси тут уже не нужно упоминать, местные этого очень не любят. Теперь есть только одна национальность – руандиец, и никак племя не указано в паспорте. А воровать тут почти не воруют, наверное порода у них такая, я вот сколько лет тут живу, и мой дом никогда не обворовывали; хотя в Кигали, как и в любом городе мира, нужно всё-таки не расслабляться.

Зарплата здесь, ну как и в соседних странах Африки. Рабочие у нас в дорожной фирме получают около 100 долларов в месяц. Но есть и другие, высококвалифицированные. Некоторые и 300, и до 500 долларов могут получать. Учитель в школе? 60-80. Врач? Не знаю.

В Германии я бываю иногда, каждый год мне комания даёт три бесплатных авиабилета в два конца. С одним из билетов я прилетаю сам – увидеть мать-старушку, больше меня ничто в Германии не держит. С другим билетом прилетает ко мне моя сестра. И третий билет я тоже использую каким-то образом. А тут в Кигали я покупаю продукты в германском супермаркете, который держат тут немцы, тут все продукты, как в Германии (многие везутся из Европы, хлеб пекут здесь в немецкой булочной), только цены – немецкие *2, или даже *3. Ну это везде в Африке, если хочешь жить по-европейски, плати вдвое больше, чем в самой Европе.

[Конец обобщённого систематизированного обзора, выделенного из рассказов мистера Энди.]

…Мы приехали на берег озера Киву, где, в удалении от города, Энди уже несколько лет приобрёл себе отличный участок земли с видом на озеро, горы и зелёные острова, и построил там высокоцивилизованный дом с электричеством, бассейном, туалетами, горячей водой и другими благами. Всего у него есть 8 человек местных. Два человека – сторожа, причём они родом с соседних холмов: все местные знают их и на участок не лезут. Следит за домом и хозяйством в целом, тётушка 1952 года рождения – мама его руандийской жены. Есть также садовник, а ещё несколько человек внизу, на озере, строят для мистера Энди судно, чтобы плавать на нём по озеру Киву. Таким образом, он плотно укоренился в стране.

-- Сейчас мне уже 54 года. Я надумал уже навсегда остаться здесь, в Руанде. Тут хороший климат, у меня приятный дом, такое место – таких уже нет в продаже, всё раскуплено, вот по соседству со мной миллионер живёт, а там вот – итальянец. Тут всё меня устраивает. Если даже моя компания скажет: мы завершаем все наши проекты в Африке, -- я уйду из компании, в которой трудился 30 лет, и останусь здесь. Хотя я и люблю это дело -- конструирование дорог. Но нельзя же работать всегда в компании, это всегда стресс, у меня тоже есть свой босс, а работать приходится очень много – с утра до вечера, и только по выходным я могу приезжать сюда, в свой растительный дом, и смотреть, как сооружается моё судно. Я буду работать максимум до 60 лет, потом закончу. Буду жить тут, с видом на сии зелёные острова, и сдавать своё судно для прогулок по озеру, заделаюсь капитаном. Могу соорудить несколько гостевых домиков у себя на участке и сдавать иногда внаём. А что ещё тут нужно? Малярия тут не распространена, я ни разу не болел за 8 лет, в этих горах. Туалет у меня с видом на озеро, я открываю дверь и вижу горы и озеро, а ночью – извержение вулкана вдали, и -- если конечно не произойдёт какого-нибудь нового переворота – я бы хотел жить тут до самой смерти. Моя нынешняя руандийская жена тоже из этих мест.

Что ещё сказать о поместье немецкого гражданина? Дом был сделан с умом и со вкусом, всё было удобно, экологически аккуратно, как мечтают многие зелёные люди – стволы деревьев (добытых при строительстве дорог фирмой мистера Энди), крыша из соломы в африканском стиле, а начинка – вполне себе нормальная, современная. Мы поставили палатку рядом, в красивом месте с обозрением озера и островов, а вечером нас пригласили на ужин – какие же продукты были на столе? Сок из Уганды и сок из Кении, хлеб из немецкой булочной, рис пакистанский, джем из ЮАР, шоколадный порошок из Бельгии, ну только чай из Руанды, и вода, и кипяток. Электричество отключили в городе и в половине страны до самого Кигали, и он извлёк какие-то светильники, заряженные от солнечных батарей, и мы так и ужинали на веранде, под шорох мотыльков. Только внизу потрескивал генератор соседа-миллионера, а у Энди что-то произошло с генератором, и он не работал, но потом всё же появилось и централизованное электричество.

Ночь в Африке темна. По причине хорошей погоды, отсутствия больших облаков, вдалеке было видно зарево извержения вулкана в соседнем Заире, тоже в окрестностях озера Киву: до него было километров тридцать пять, а то и сорок. Но, так как вершина вулкана была примерно 3500 м над уровнем моря (2000 м выше нас), а облаков было немного, было видно извержение. Это один из трёх, кажется, вулканов на свете, где можно теоретически увидеть в жерле красное раскалённое лавовое озеро, а иногда оно и вытекает в район города Гома (Конго-Заир). Вулканические пары выносились вверх, а свет красной от лавы отражался в редких облаках над вулканом, то увеличиваясь в яркости, то уменьшаясь. Нужно сразу сообщить, что вулкан находится в соседней стране, и пока доберёшься до него, человека могут ободрать, как липку, местные конголезские чиновники и менты. Поэтому мы не планировали посещение вулкана непосредственно.

Летали тысячи мотыльков, ну и постепенно над всей Африкой сгустилась ночь, и мы легли спать. Дождя ночью не было, и Демид проснулся на рассвете, позаниматься йогой. Да и мы тоже встали рано. Был интересный вид на африканский рассвет.

В следующий день, 10-го ноября, в воскрсенье, по озеру Киву должен был идти пароход, который идёт на юг озера Киву, в городок Шангугу (Shangugu или как-то так). Это есть единственный водный маршрут в Руанде. Узнав от Энди время и дни судна, мы обрадовались – как раз, судно завтра! Этот водный руандийский трип станет хорошим продолжением нашей африканской прогулки. Плыть по озеру -- часов шесть. Время появления судна мы узнали на пристани; да и находясь в поместье, завтракая, мы могли сверху созерцать всё озеро и его зелёные острова, и как только пароход появился на горизонте и был опознан, мистер Энди отвёз нас на пристань и бдительно проследил, чтобы мы удачно сели на борт и отчалили. Пароход оказался не очень большим, и не переполненным – в нём, оказалось, человек сто приплыло, и часть высадились, часть сели, осталось человек пятьдесят, не более. С тем и поплыли. Энди осталась на память открытка с нашими именами и Емайлами, а также книга «200 дней на юг» с фотографиями нашей Большой Африканской Экспедиции. И с текстом – пока, к сожалению, только по-русски. Возможно, настанет момент, когда и какую-нибудь книгу о моих путешествиях автостопом (не только ПВП – может быть, «200 дней» или «Афганистан») переведут на английский язык, а пока, мистеры, довольствуйтесь русской версией.

Чтобы не забыть события, я передаю привет от дорожных дел мастера – Мите Фёдорову и Маше Веселовой, которые у него останавливались прежде; желаю Энди доделать свой дом, быт и судно на озере, а нам желаю удачного продолжения путешествия, которое постепенно и происходит. Что же до подробностей, наверное вы узнаете их уже устно, на моих лекциях, мероприятиях в Москве и других городах России и СНГ в наступающем году.

Да, кстати, мы уже Бурунди, в Бужумбуре. Об этом появится отдельный пост, со временем.
Tags: Руанда, автостоп
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments